Виктор Конвоев

Слово. Два. Три. Ну вот. А был такой чистый. Белый. И почему от чистоты такой зуд в руках! Наверное, он был... Нет, не мёртвый.

Я говорю: - Всю жизнь бы так простоял, - вру. Надо ж такое придумать: всю
жизнь, глядя в твои глаза. Ни есть, ни пить, ни в туалет, в конце концов? Ни спать?
Короткая была бы жизнь. Хотя...
Ты смотришь сосредоточенно, напряжённо, серьёзно. Ты перестала улыбаться.
В твоих глазах я: маленький, совсем крошечный. Ты поймала меня...

Я спрятался за шкаф.
Вздрагиваю от каждого шороха. Нет-нет, я не готовлю бомбу, не вкалываю дозу героина и даже не онанирую. Но если меня застукают за этим занятием, у меня будут проблемы.
Тайком читаю Замятина.
Нет, это не сочинения развратно-сексуального характера, не издававшиеся ранее. И – нет, он не считается у нас диссидентским писателем. Просто, здесь нельзя читать.